Быть или не быть ребенку?
Я очень редко общаюсь со всякого рода «сектантами» – Свидетелями Иеговы, пятидесятниками, адвентистами седьмого дня и предельно вежливо отказываюсь от предложенной ими литературы. Только в этот день, то ли звезды так сошлись, или настроение было соответствующее, – в моих руках оказался журнал «Сторожевая Башня». Я положила его в пакет, так и не прочитав тему выпуска, а уже дома, выкладывая продукты, заметила, что именно эта тема не оставит меня равнодушной. Я прочитала его от первой до последней страницы с нескрываемым интересом. Почему? Потому, что речь шла об абортах…
Женщина идет на это по многим причинам: нестабильное семейное положение, неурядицы в семье, юный возраст, отсутствие мужа, нежелание портить себе жизнь, строгие родители. Отговорок можно найти несметное количество, только все они пустые и неубедительные. Я согласна, что в жизни бывают разные моменты, которые и определяют тот или иной выбор, но… Как цинично заметил один мой знакомый: «Почему вы, девчонки, так переживаете по этому поводу? Ну, залетела – пойдешь, сделаешь аборт. Я знаю тетку, так она 52 аборта сделала и ничего, живет, радуется ». Жестоко и больно… Вот она – правда жизни: удовольствие получают оба, а расплачивается за него всегда женщина. Расплачивается здоровьем физическим и душевным. Расплачивается болью, стыдом, унижениями и муками совести. Знаете, как называют в наших больницах женщин, которые пришли на прерывание беременности? Злым словом «абортницы». Никто и никогда не даст вам забыть, зачем вы сюда пришли и насколько мерзко и противно общаться с вами.
К сожалению, на всем постсоветском пространстве, аборт занимает 
лидирующую позицию как средство регулировки рождаемости. Этому есть свое объяснение: уровень нашей сексуальной грамотности еще довольно низок и многие искренне надеются на «авось пронесет». История говорит, что в послевоенное время, аборты были запрещены – стране нужны были новые люди, а в современной Ирландии они запрещены до сих пор.
Обычный октябрьский день. Последние в этом году лучики блуждают по стенам палаты, окрашенным в серо-зеленый 
тоскливый цвет. Пятиместная палата гинекологического отделения. Сегодня она пустая, я одна и у меня есть возможность немного почитать и отдохнуть. Мое одиночество прерывается робким стуком в дверь и в палату заходит милейшее 15-летние создание. Зовут это создание Машенька, она прямо-таки пышет юношеским задором и свежестью. Я начинаю тихонько завидовать этой непосредственности и наивности. Меня омрачает только одна мысль: что эта девчушка здесь делает? Неужели в таком юном возрасте можно лечиться в этом отделении? Вопросов сознательно не задаю, потому что если она захочет, то все расскажет сама. Буквально через час, я узнаю, что Маша пришла… на заливку. У нее пятый месяц беременности и родители, узнав об этом, настояли на аборте. В ее глазах не видно даже проблеска стыда или раскаянья, она весела и спокойна. Приходит медсестра, ставит капельницу с лекарством и оставляет нас одних. Машенька послушно лежит и ждет, когда у нее начнутся преждевременные роды. Приходит ее мама. Плачет и ругает Машу. Маша вяло отнекивается и отвечает на вопросы родительницы. Я тактично выхожу из палаты. Вернувшись, понимаю, что Машу забрали в операционную. Возвращают ее поздним вечером, когда я уже сплю. Под утро, сквозь утреннюю дремоту, слышу тихие всхлипывания. Я не знаю, чем помочь этому ребенку, какие слова утешения найти и чем ее успокоить. Только вот…. Она не нуждается в этом, она плачет оттого, что родители пообещали посадить ее под домашний арест, и она не сможет пойти на школьную дискотеку. Цинично? В духе нашего времени? Жестоко? Я не знаю ответов на эти вопросы. Через два дня, Машу забирают домой. 
А еще через день, у меня появляется две новых соседки: Ирина и Наталья. Ирине 38 лет и она уже 18 лет лечится от бесплодия. Она перепробовала все возможные способы, но результата нет. В ее серых глазах ТАКАЯ!!! боль и безнадежность, что хочется сбежать на край света. Здесь, она каждый день ходит на болезненные уколы в шейку матки и продувание маточных труб. И где-то, в глубине души, все еще надеется на чудо… Наталье – 25, врач направил ее сюда, потому что на шестом месяце беременности пропало сердцебиение ребенка. Ее забирают на УЗИ, где дают заключение, что плод замер и нужно делать аборт. Поначалу, она ошарашена этой новостью, но чуть попозже, когда пришел ее муж, она уже улыбается и радуется жизни. Потому, что теперь они МОГУТ ЗАВЕСТИ СОБАКУ, о которой так долго мечтали.
Это похоже на трагикомическую пьесу сумасшедшего 
режиссера, в которой актерами выступаем все мы – такие разные. Жизнь непредсказуема и полна самых неожиданных поворотов. Каждый из нас имеет право на свою точку зрения и свои выводы и решения. Только, если дети все еще выбирают нас своими родителями, значит, мы все еще этого достойны. Закончить хочется цитатой: «Несомненно, тяжел родительский труд. Но велика и радость отца и матери, воспитавших Человека». И какими бы серьезными ни казались причины, побуждающие сделать аборт, ни одна из них не стоит детской жизни, доверенной нам.
Остановись!
Пусть он увидит солнце,
Услышит шум весеннего дождя.
И будет в час счастливейшей бессонницы
Смотреть на звезды, глаз не отводя.
Тебе легко не дать ему родиться.
Тебя не станут за руки держать.
А он не сможет даже защититься,
Не сможет вскрикнуть, встать и убежать.
А разве не могла б ты поделиться
С ним миром, лаской, домом и теплом?
А если надо, даже потесниться
И дать ему местечко за столом.
Быть может, он, никто иной, а этот,
Чья жизнь на ниточке сейчас висит,
Окажется ученым иль поэтом
